Mar. 13th, 2003
книжное обозрение - продолжение
Mar. 13th, 2003 06:59 pmС бачка мне под ноги упала стопка книг...
я таки поставил несколько из них на полку.
оно - падение – оно ведь неспроста! вот лежали они себе упорядочено – энтропию берегли, и вот уже упали.
примерно в это же время жизнь немножечко «качнулась вправо, качнувшись влево».
на бачке остался Бродский и Концепции.
ianka улетела однажды в семь утра, оставив после себя коробку из-под пылесоса. с книжками, что характерно и даже несколько символично.
вынести я был это не в силах и купил книжные полки на еще один кусок стены. а ведь это мое жизненное пространство. в обшем – засуньте себе свое жизненное просторанство между страниц того, что вы читаете – там просторнее.
а подборка её меня умилила, я даже подумал – вот придет приличный человек к тебе, Макс, в гости. Шасть к книжному шкафу – а там ...
и ведь не оправдаешься... не скажешь ведь – старик, да ты понимаешь, да вот приятельница давнишняя свалила за бугор, в Россию, книжки мне позавещала...
вот где познается друг, товарищ, брат, а также человек человеку – в книжном шкафу.
а я, признаться, много лет это пытался отрицать усилием воли.
я отказал себе в книгособирательстве и выдержал несколько лет, я раздал дорогое, и не стал ничего покупать, движимый отчуждением.
я купил эти книжные полки и понял, что развязал.
а еще бывает,
«С бачка мне под ноги упала стопка книг... ....»
это уже просто воспоминание...
на бачке остались Бродский и Концепции.
я вертел в руках эту упаковку из серо-серебряной бумаги. я читал малюсенькую открытку на паралеллепипедном пакете книжного формата. “Dear Signamax.... ”
я аккуратненько разрезал упаковочную бумагу и пластик. я пролистал страницы движением большего пальца. я вспомнил все, что вспомнилось на эти четыре секунды из того, еще русскоязычного издания. я пошел и положил книгу на бачок.
сверху.
inspector, you did! you did make my day!
я таки поставил несколько из них на полку.
оно - падение – оно ведь неспроста! вот лежали они себе упорядочено – энтропию берегли, и вот уже упали.
примерно в это же время жизнь немножечко «качнулась вправо, качнувшись влево».
на бачке остался Бродский и Концепции.
ianka улетела однажды в семь утра, оставив после себя коробку из-под пылесоса. с книжками, что характерно и даже несколько символично.
вынести я был это не в силах и купил книжные полки на еще один кусок стены. а ведь это мое жизненное пространство. в обшем – засуньте себе свое жизненное просторанство между страниц того, что вы читаете – там просторнее.
а подборка её меня умилила, я даже подумал – вот придет приличный человек к тебе, Макс, в гости. Шасть к книжному шкафу – а там ...
и ведь не оправдаешься... не скажешь ведь – старик, да ты понимаешь, да вот приятельница давнишняя свалила за бугор, в Россию, книжки мне позавещала...
вот где познается друг, товарищ, брат, а также человек человеку – в книжном шкафу.
а я, признаться, много лет это пытался отрицать усилием воли.
я отказал себе в книгособирательстве и выдержал несколько лет, я раздал дорогое, и не стал ничего покупать, движимый отчуждением.
я купил эти книжные полки и понял, что развязал.
а еще бывает,
«С бачка мне под ноги упала стопка книг... ....»
это уже просто воспоминание...
на бачке остались Бродский и Концепции.
я вертел в руках эту упаковку из серо-серебряной бумаги. я читал малюсенькую открытку на паралеллепипедном пакете книжного формата. “Dear Signamax.... ”
я аккуратненько разрезал упаковочную бумагу и пластик. я пролистал страницы движением большего пальца. я вспомнил все, что вспомнилось на эти четыре секунды из того, еще русскоязычного издания. я пошел и положил книгу на бачок.
сверху.
inspector, you did! you did make my day!